Ян_Валентинович (ja_va) wrote,
Ян_Валентинович
ja_va

Categories:

Лекция 25: Гегель часть 2 - окончание.

Лекция 25:
Гегель часть 2

(Продолжение. Начало и полный список лекций вот здесь)I


Историзм

Феноменология Гегеля, о которой мы начали говорить в прошлый раз, может быть понята как один, огромный «мысленный эксперимент», показывающий нам, каким образом наше сознание продвигается от менее к более адекватному пониманию реальности.

С его точки зрения этот процесс действительно имел место в истории (см. так же конец этой лекции).
Важной частью философии Гегеля является т.н. историзм – позиция, согласно которой:

1. Идеи – это не случайные объекты, а продукты своего времени, и
2. Истинность той или иной идеи не может быть понята в отрыве от ее истоков и роли в истории.

Невнимательному взгляду история философии может показаться случайным собранием различных мнений, позиций и убеждений философов – своего рода комедией ошибок. С точки зрения Гегеля, однако, в ее развитии заложены диалектические принципы, ведущие в конечном итоге к определенному моменту, когда уже не останется никаких пробелов, противоречий, предположений, неразрешенных идей или иных проблем в нашем понимании реальности.

В конечном итоге наше сознание сведет все ближе свое понимание объектов знания, достигнув рано или поздно совершенной стадии своего познания. Этот момент Гегель называет «Абсолютным знанием».


Когерентная теория истины

Теория истины, которую предлагает Гегель именуется в философии когерентной.
Когерентная теория истины – это концепция, сводящая проблему истинности к критерию когерентности (coherence) – самосогласованности, непротиворечивости. Это момент абсолютной гармонии, когда полностью совпадают

1. Данный сознанию объект и
2. То, как сознание его воспринимает.

Когда разум закончит свою историческую работу, все наши понятия будут полностью соответствовать своим объектам.

Идеализм Гегеля

С точки зрения Гегеля, таким образом, весь наш мир пронизан живой силой Духа, находящейся в процессе своего становления, и продвигающейся к своей конечной цели: Абсолютной Идеи. Поэтому философская позиция Гегеля считается разновидностью идеализма.

Однако это не субъективный идеализм Беркли и Канта. Идеализм Гегеля – это объективный, или, точнее, Абсолютный идеализм. Так, в частности, он считает, что окружающие нас объекты существовали задолго до того, как появилось сознание.
Сам Гегель именует свою разновидность идеализма «Абсолютным».


Абсолютный идеализм

Абсолют — это нечто совершенно самодостаточное, что не зависит ни от чего и ни от кого другого для своего существования. По определению Спинозы, это субстанция. Однако Гегель в Феноменологии Духа уточняет, что с его точки зрения Абсолют это не только субстанция, но и живой субъект:

«На мой взгляд, который должен быть оправдан только изложением самой системы, все дело в том, чтобы понять и выразить истинное не как субстанцию только, но равным образом и как субъект.»
(Гегель, В.Ф. «Феноменология Духа». Москва, Академический проект, 2016. ст. 18)

Сознание, утверждает Гегель, является частью объектов мира. Оно входит в его содержание в качестве разума. Мы никогда не могли бы иметь возможность познания, если бы понятия не были уже изначально заложены в окружающей нас реальности.


Человечество

Как и Шеллинг до него, Гегель называет природу «бессознательным интеллектом».
Человечество, однако, это часть природы, которая обладает не только сознанием, но также и самосознанием, и возможностью рефлексии. По мере продвижения от одной эпохи к другой человеческий род в состоянии все лучше понимать происходящее и делать все более разумный, осознанный выбор, достигая все более высокого уровня развития разума.

Вслед за Спинозой, Гегель избегает картезианской двойственности, так как объявляет «сознание» и «материю» двумя полюсами одной и той же плоскости, на которой реальность начала с материального, но постепенно все более переходила в интеллектуальное существование.
В этом Гегель так же повторяет изначальные идеи Фридриха Шеллинга, считавшего, что

«сознание — это наиболее организованная и развитая форма материи, а материя – наименее организованная и развитая форма сознания.»
(Beiser, F. The Cambridge Companion to Hegel, Cambridge, Cambridge University Press, 1989 p.6)


Как соотносятся между собой Абсолютный Дух и Дух человеческий?


Дух – Geist – это такое целое, которое больше суммы своих отдельных частей. Наши мысли не появляются беспричинно в обособленном сознании. То, как и что мы думаем обусловлено культурой нашего общества, и является результатом коллективных усилий всех предшествующих поколений. Даже в самые свои гениальные моменты наше сознание пронизано духом той цивилизации, плодом которой мы являемся, и наше мышление оказывается продуктом усилий многих и многих людей.


Этика и гражданское общество


Мы вливаемся в общество с самого своего рождения, и взрослеем по мере общения с окружающими нас людьми. Это же общение определяет нашу идентичность, и формирует наше понимание окружающей действительности.

Этика для Гегеля – это не набор моральных постулатов, а содержание, продиктованное самой сутью общества. Этическая жизнь любого общества, таким образом, состоит из того набора явно выраженных правил, и скрыто подразумеваемых понятий, ценностей, и форм, которые складываются веками и составляют суть его структуры.

При этом тот разумных идеал, который постепенно находит свое выражение в этой жизни ведет, в конечном итоге, к созданию универсальной системы ценностей.

Уже у древних греков их города-государства, подобные Афинам, представляли из себя раннюю модель гражданского общества, в которой жившие там люди находили свою идентичность, личное счастье и чувство значимости посредством участия в жизни своего полиса.

Но хотя Гегель и испытывает в отношении общества древних греков определенную симпатию, он отдает себе отчет, что их подход был строго ограничен и обречен, в конечном итоге, на то, чтобы оказаться разрушенным. Проблема заключалось в том, что ценности древнегреческого полиса оказывались приняты без должной рефлексии, бездумно, как неизменяемая часть существующей структуры вселенной. Греки следовали всем традициям и предрассудкам своего общества, не задаваясь вопросом об их происхождении и смысле.


Рост индивидуалистической морали

Распад этической структуры древнегреческого мира случился по мере все большей его открытости, когда все большее число граждан отправилось в путешествия и принесло из них понимание того, что у других народов имеются другие формы существования, в корне отличающиеся от культуры и стиля жизни древнегреческого полиса.

Освобожденный таким образом от слепого повиновения нормам своего общества индивид, в результате, по словам Гегеля,
«видит себя живой истиной»
(Феноменология Духа, ст. 205)

Максимальной силы рассудочности это самосознание достигло в фигуре Сократа (см. лекцию по Сократу), который, по словам Гегеля, пытался отыскать всеобщий, универсальный порядок вещей, доступный для понимания каждого человека.
Именно с этого началось зарождение современной эпохи, эпохи, в которой

«дух … индивида … посылает его в мир искать своего счастья.»
(там же, ст. 206)


Отчуждение

Однако, хотя это и явилось шагом общества вперед в сравнении с ранне-древнегреческим периодом бездумного принятия ценностей, одновременно такое отношение граждан стало причиной проявившегося в этот период чувства отчуждения:

В результате возникшего разделения общественной и частной жизни древние греки почувствовали себя фрагментированными. (Более подробно я поговорю об этом в следуюшей видео-лекции.)

Гегель рассматривает целый ряд попыток создания индивидуалистической этики, но в каждом случае, как он считает, моральные основы, которые возникают как результат, могут быть осмыслены и утверждены только посредством общих действий всех членов этического сообщества.

В качестве примера можно привести его критику этической теории Канта, которую Гегель считает классическим проявлением индивидуалистической, автономной морали. Не случайно он называет ее «моральность», одностороннее понятие, которое необходимо должно быть дополнено понятием “Sittlichkeit”, или «нравственность», которое вводит сам Гегель.

С точки зрения Гегеля этика Канта – не более, чем набор бледных, формальных принципов, не имеющий никакой связи с жизнью того общества, в котором они должны иметь свою основу.

Одна из проблем заключается в том, что Кант жестко разделяет моральный долг и вожделение. С его точки зрения, каждый из нас должен соблюдать моральные принципы во имя долга, и вне зависимости от собственных желаний и вожделений. Но, вслед за Аристотелем возражает Гегель, добродетельный человек – это не тот, кто выполняет свой долг, а тот, для кого выполнение долга совпадает с его желаниями и вожделениями! Долг должен быть созвучен желаниям, а не противоречить им. В противном случае не ясно, что же может заставить человека выполнять свой долг? Страх ответственности?

Сам Кант вводит здесь понятие summum bonum – абсолютного добра, которое у него ассоциируется с Богом и верой в загробную жизнь, являющиеся для разума «регулятивными понятиями» (см видео лекцию по этике Канта).


Критика категорического императива Канта

Основным правилом определения правильности наших действий у Канта является категорический императив – максима, согласно которой наше действие должно соответствовать требованию всеобщего закона, применимого ко всем одновременно (см видео лекцию по этике Канта).
Допустим, мы хотим узнать хорошо ли воровать?

Согласно теории Канта, это означает, что мы утверждаем для себя следующее правило:

«Ты можешь забрать чужое имущество, когда захочешь».

Кант утверждает, что, если подумать, то нам станет ясно, что этот принцип не может быть разумным правилом, поскольку его универсализация приведет к логическому противоречию – если все начнут воровать, то не станет частной собственности.

Гегель, однако, возражает Канту. С его точки зрения логичным выводом будет лишь то, что мы не сможем одновременно придерживаться двух разных правил:

1. Правила, разрешающего воровать, и
2. Правила, утверждающего неприкосновенность частной собственности.

Однако откуда мы берем идею, что институт частной собственности необходим? Она сама нуждается в доказательстве, которое невозможно взять из чистого разума, то есть «из ничего», и обосновать одними лишь логическими фокусами. С точки зрения логики и чистого разума ничто не мешает нам без противоречия принять 1 и отвергнуть 2.

Таким образом, говорит нам Гегель, даже правило позволяющее воровство, как и любое другое, никогда не в состоянии противоречить само себе, и может быть без проблем универсализировано. Настоящая причина, по которой правило, разрешающее воровать должно быть отвергнуто это не какое-либо логическое противоречие, в нем заложенное, а противоречие тем условиям, при которых известное нам общество успешно функционирует. Таким образом, вопреки мнению Канта, данный принцип не берется из «чистого разума», а базируется на конкретных условиях существования конкретного общества, диктуемых реальной практикой.


Моральные ценности можно найти только в самом обществе.

Источником моральных ценностей, в том числе и понятия того, что является «счастьем» человека, является само общество. Даже такие реформаторы, как Иисус, Маркс, Ганди или Мартин Лютер Кинг обвиняли общество в несоответствии тем самым ценностям, которые оно само в них вложило: любови к ближнему, равенства, братства, уважения к людям и т.д. Ни один великий реформатор не пытался проповедовать ценности, чуждые своему обществу, а наоборот, все они указывали на лицемерие, возникающее как результат несоответствия общества своим собственным идеалам.

Нравственность (Sittlichkeit)

На последнем витке диалектики сознание возвращается туда, откуда все началось еще в древних Афинах – к миру социальных ролей и институтов. Однако теперь все немного иначе:

На этом этапе принятие культурных традиций и норм более не является нерефлективным, бездумным. Эти нормы не кажутся более чужими и навязанными извне. Наоборот – они воспринимаются, как рациональное выражение нашей собственной, подлинной сущности.
Мы все ищем свободу. Однако подлинная свобода может быть найдена только в обществе, а еще точнее – в его наивысшем проявлении, в государстве.

Гегель, однако, не стремится идеализировать ни одно конкретное государство. Он прекрасно отдает себе отчет, что любое государство имеет свою долю неразумности, бессмысленности, ошибок и глупостей в управлении и функционировании. Государство, о котором идет речь – это, скорее, идеал, подобный «Государству» Платона. Идеал, к которому следует стремиться, даже если его нельзя достичь в реальности.


История имеет цель.

Для Гегеля все мировая история – это прогресс сознания по мере продвижения к свободе.

В государстве Гегеля «свобода» — это понятие, которое может быть конкретизировано и реализовано только в контексте всего народа, его национальной культуры.

В странах древнего Востока всего один человек был свободен, говорит Гегель – тиран. В греческом и римском государстве некоторые люди были свободны – граждане, а некоторые оставались рабами. И только в сегодняшнем мире мы наконец достигли этапа развития, когда свободны стали все.

С одной стороны, каждый из нас, даже преследуя свои личные цели, остается продуктом своей культуры. Тот выбор жизненного пути, который у нас есть, продиктован конкретными условиями нашего общества.

С другой стороны, жизнь нации и ее культура формируются теми решениями, которые принимает каждый из нас, и которые принимают другие конкретные люди вокруг нас.



Искусство, религия и философия.

На последнем этапе своего диалектического развития Абсолютный Дух наиболее полно проявляется посредством артистического выражения, религиозного чувства и философской рефлексии.
Искусство, религия и философия, с точки зрения Гегеля, имеют одну и ту же общую цель – все они представляют из себя различные подходы к пониманию Абсолютной идеи, хотя и делают это по-разному.

Искусство

Искусство выражает Идею непосредственно, посредством органов наших чувств. Вместо того, чтобы высказывать истину о существующем, деятель искусств нам ее демонстрирует. Он трансформирует природу таким образом, чтобы она обнажила для нас свою внутреннюю сущность и свое духовное содержание.

Религия

Однако искусство в состоянии лишь указать на духовное содержание всеобщности.
Религия в состоянии выразить это духовное содержание более полно и доступно, с помощью своих сказаний и символов.
Христианство в этом смысле, говорит нам Гегель, представляет из себя наиболее законченное выражение религиозного содержания по той причине, что оно рассматривает бесконечный Дух не просто как неопределенное всемогущее существо (Бога), но и как его конкретное воплощение в человеке – Иисуса.
В фигуре Иисуса Бог вступил на землю и принял человеческое обличие, и, таким образом, Идея из абстрактного получила более конкретное содержание.

Философия

Наиболее же полно человеческий дух смог достигнуть своего понимания Абсолютной Идеи в философии.
Не отрицая религиозное содержание, философия в состоянии намного более точно и конкретно, на уровне разума, объяснить нам то, что пытаются продемонстрировать, каждое по-своему, религия и искусство.
И хотя в истории мы наблюдали огромное различие философских подходов, все они являются не более, чем проявлениями одной и той же единой Идеи.

Каждая философская система всего лишь отражает для нас тот уровень понимания Духа, которого удалось достигнуть человечеству к моменту ее появления на свет.

На момент ее написания Гегель видит свою философию как наиболее полно выражающую этот уровень.

Продолжение следует.


Tags: Гегель, лекции по философии, философия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments