Ян_Валентинович (ja_va) wrote,
Ян_Валентинович
ja_va

Categories:

Jedem Das Seine

Продолжение. Начало здесь

Вопрос, на который я хотел бы сейчас найти ответ, и который для меня и является главной целью этих постов о прошлом - как и в какой период я из обычного советского ребенка превратился в совершенно оголтелого антисоветчика? Потому, что это несомненный факт - к лету 1986 года, еще до того, как в нашу жизнь вошло понятие "перестройка", я уже был натуральным антисоветчиком. На входной двери в мою комнату висел самодельный американский флаг, я праздновал 4 июля (День Независимости США), слушал "Радио Свобода" и единственная причина, по которой я не примкнул тогда ни к одной антисоветской организации это была физическая невозможность таковую обнаружить. Как так случилось?

Я не хочу рассуждать о том, хорошо это или плохо, но это был факт, так оно было, и где-то в промежутке между 1980 и 1986 годом и произошла эта трансформация. Произошла под бубняж о "роли КПСС" и прочую пропагандистскую труху, во вполне ординарной "советской" среде. Ответ на этот вопрос интересен не только мне, не только как факт моей личной судьбы, но и как часть ответа на вопрос "почему рухнул Союз?"

Поездка во Владивосток - первое звено в это цепочке; эпизод с Алиной - второе. Но где третье? Я перебираю в памяти детали тех лет, и ищу нечто, что стало настоящим началом надлома, толчком. Что это было?

Пожалуй, восьмой класс, 82-83 учебный год. К сентябрю 1982 у нас во дворе построили новую школу, десятилетку, номер 399. Я, без особых раздумий, перешел туда. Во многом это был определяющий момент. Поскольку школа была новая, там собрался очень эклектичный коллектив учителей, среди которых имелись представители самых разных эпох. Было несколько совсем "зеленых" - учитель физики и учительница истории едва начали свою карьеру, первый год после института, не намного старше нас. Биологичка была "бывалой", еще сталинской закалки. У нее на уроках стояла такая тишина в классе, что слышно было, если упадет булавка. Тот же класс стоял на голове и сходил с ума на уроках математики - математичка, хотя явно не один год преподававшая совершенно не могла с нами справиться. И, наконец, был учитель русского и литературы, Владимир Юрьевич Путята. Совершенно невероятный, глубоко знающий свой предмет, нестандартный учитель. Одновременно - немного дисседент, в последствии познакомивший меня с "запрещенной" литературой. Мы поддерживали отношения с Владимиром Юрьевичем многие годы, и только недавно я узнал, что в 2011 году его не стало.

В ноябре 1982 умер Брежнев. Никаких особенных изменений это не принесло, хотя помню, как одна учительница рассказывала, что ее знакомые говорили будто "раз умер Брежнев, будет война!". Владимир Юрьевич, в свою очередь, отметил, что поскольку Андропов - бывший глава КГБ, то можно ожидать "закручивания гаек". Впоследствии ходили слухи, будто в очередях стали проверять документы - выяснять, "почему не на работе?" Лично я этого не видел, и в нашей мальчишеской жизни все это никак не проявилось. Зато в моей жизни произошло одно заметное изменение - примерно с осени 1982 года я стал более серьезно интересоваться музыкой. В частности, этой осенью я сменил свой кассетник на бобинный магнитофон "Илеть - 101", вот такой вот гигант:



И, в добавок к нему, огромные колонки "Корвет":



Но, самое главное, у меня появился и совершенно офигенный по тем временам проигрыватель пластинок Корвет:



(Все эти фото, конечно, не мои, а найдены в интернете. Но модели были именно такие!)

Проигрыватель сыграл в моем музыкальном развитии, и не только, столь принципиальную роль, что о ней стоит сказать особо. Это был подарок отца, который, единственный раз в жизни по не вполне ясной причине решил сделать мне приятное, и купил его в кредит. Тогда были такие "потребительские кредиты" - нужна была справка с места работы, и потом из зарплаты вычитали определенную сумму каждый месяц. Проигрыватель Корвет стоил бешеных денег, что-то около 700 рублей, и никаким иным способом я бы его не купил.

Вся эта аппаратура, и изрыгаемая из нее музыка, на тот момент стали главным элементом моей жизни. Одновременно у меня появился и очень важный приятель, друг одноклассника, которого я помню только по прозвищу - "Арбузон". Арбузон был заядлым меломаном, и, узнав от моего одноклассника о наличии у меня Корвета тут же примчался в гости с целой горой пластинок. Так я узнал про "черный рынок".

В тот ранний период, 1982-1983 год, рынок этот находился недалеко от магазина "Мелодия", и ассортимент товаров на нем был практически целиком музыкальный. Позднее, в период 1984-1986 г.г. он сместился к станции электрички "Ульянка", и там появились самые разные предметы, от модных журналов, до сигарет, до носильных вещей. А изначально это был рынок, где меломаны обменивали друг у друга и покупали пластинки.

Это был совершенно уникальный способ обзавестись качественными записями самых современных ансамблей - нужно было только приобрести 1-2-3, или больше, смотря по возможности, пластинки, и потом обменивать их с другими меломанами. Новая фирменная пластинка хорошего качества, на "голландской" или "английской" массе (то есть произведенная в Голландии или Великобритании) стоила, в зависимости от содержания, от 50 до 80 рублей. То есть - огромные деньги. Аналогичные отечественные пластинки в магазинах по госцене стоили что-то порядка 5 рублей, но, к сожалению, кроме народных ансамблей в магазинах ничего не было, а любые более-менее популярные записи, включая даже таких, прямо скажем, далеко не "гигантов" мировой эстрады как ансамбль Песняры нужно было долго искать, стоять в очередях, и даже при этом достать их было сложно. "Импортные" же диски в свободной продаже не бывали никогда, и их привозили "из-за бугра" различные счастливцы - моряки, летчики, спортсмены и те немногие, кто по работе или иной нужде бывали за границей. Тем не менее привозили, и диски эти попадали на "черный рынок".

Увы, обмен на "черном рынке" был далеко не легким занятием. Рынок этот постоянно гоняли. Мало того, отдельных "счастливцев" выхватывали из толпы и забирали в ближайшее отделение милиции, где у них КОНФИСКОВЫВАЛИ все имеющиеся на руках диски и выписывали штраф. Можете себе представить размер катастрофы? Крупные спекулянты обходили эту проблему достаточно просто - они не носили диски с собой, а оставляли в "тайных местах", в основном - в своих авто, а при себе имели только список, часто приделанный к пиджаку или куртке, чтобы было хорошо видно. В списке значились названия ансамблей, год и цена диска. Если милиция и ловила спекулянта, ввиду отсутствия при нем самих дисков он обходился легким испугом. А вот мы - молодые меломаны, у которых была с собой только пара пластинок, и не было машины, в которой их можно было бы спрятать - мы теряли в буквальном смысле ВСЕ.

Арбузон был одним из таких заядлых меломанов. Для начала он привозил мне диски сам, но уже вскоре и я обзавелся парочкой, и смог начать процесс их обмена. При всем этом мне не давал покоя вопрос:

- Какого черта они над нами издеваются? Почему, почему я не могу купить диск и спокойно обменять его на другой такой же? Почему милиция имеет право хватать нас, засовывать в газик, увозить куда-то и обирать?

Одновременно с этим Арбузон рассказал мне и об еще одном интересном феномене того времени - Севе Новгородцеве. Сева, сам эмигрировавший из СССР в 70-е годы, и бывший человеком близким к музыкальным кругам, вел на Русской службе БиБиСи музыкальную программу. Программа эта, выходившая каждую пятницу, в полночь по Московскому времени, была в то время для советских меломанов одним из немногих регулярных источников информации. Каждая программа являла из себя настоящее событие, и знакомила либо с самыми новейшими музыкальными рейтингами, либо с отдельными группами, такими, как Пинк Флойд или Квин.

Нужно ли говорить, что программы БиБиСи, как и любого "зарубежного" радио, в то время нещадно глушились? Да, я знал уже, конечно, о "Голосе Америки" или "Радио Свобода", знал и то, что они глушились, но до 1983 года никакого особого интереса к ним не испытывал. А вот Севу я стал слушать регулярно, слушать с огромным интересом, и тот факт, что он глушился вызывал у меня, ну, прямо скажем, приступы бешенства.

Во-первых, я не понимал - за каким чертом его глушили? Что крамольного в рассказах о музыке?
Во-вторых, как это знают все, в то время слушавшие "голоса" по-настоящему ЗАГЛУШИТЬ их было невозможно. Постоянны зуд, который в отдельные моменты действительно заглушал отдельные слова, в общем и целом скорее РАЗДРАЖАЛ, чем блокировал зарубежные передачи. И раздражал он невероятно, особенно когда речь шла о МУЗЫКЕ, то есть таком медиуме, в который надо погружаться без посторонних шумов. А в передачах Севы рассказы чередовались с собственно музыкальными отрывками.

Вот эти то два момента - беготня от ментов на рынке и глушение музыкальных передач - и стали, безусловно, наиболее серьезной отправной точкой моего будущего "диссидентства". Я физически ощущал их как цепи, как оковы, лишавшие меня свободы, навязывавшие какую-то бессмысленную, тупую и мерзкую гадость. Гадость, олицетворяемую лицами ментов, хватавших нас за шкирку и сажавших в свой Газик; злобным шумом глушилок, лишавших нас музыки. И гадость эта очень наглядно противопоставляла себя тому волшебному миру, который, в свою очередь, олицетворяла эта самая музыка.…

Для кого-то это все, возможно, покажется не важно, несущественно. Для меня это было трагедией, началом полного отрыва от того общества и управлявшей им идеологии. Jedem Das Seine, как говорят немцы.

Я, летом 1983 года (15 лет)


Страница моего дневника за конец мая 1983 года. "Мыха" это мой тогдашний самый близкий друг, Сергей Мишуловин. Это - последние дни восьмого класса, перед экзаменами. "Burn" - Deep Purple - Burn. Iron M - Iron Maiden.


*продолжение следует*

Tags: speak_memory, СССР, политика, я
Subscribe

  • Берген

    Собственно, это был для нас уже второй раз в Бергене. Первый раз мы здесь побывали еще в 2005 году, но всего на один день, едва успев кое что…

  • Паром Ставангер - Берген

    Продолжаю рассказ о прошлогодней поездке в Норвегию. Из Ставангера в Берген мы добирались на пароме Флаггрутен Flaggruten Маршрут: Отправление…

  • *Ставангер и «Кафедра проповедника»

    В Ставангер мы прибыли 22 июля поездом из Осло. Буквально через пару часов после нашего отъезда в Осло произошли все эти террористические акты,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments